Лилит (Аудиокнига) Макдональд Джордж

10 февраля 2018 | Книги автора: Макдональд Джордж

Лилит (Аудиокнига) Макдональд Джордж
Аудиокнига: Лилит
Автор: Макдональд Джордж
Жанр: фэнтези, фантастика
Озвучил для прослушивания: Петр Маркин
Язык: русский
Время звучания: 13:31:05
Формат: mp3
Качество: 128 kbps
Размер: 610 MB
Для сайта: audioknig.su

Издательство: скачать и слушать


Произведение «Лилит» – это одна из литературных работ Джорджа Макдональда, популярного шотландского писателя, который известен читателям по своим книгам «Невесомая принцесса» и «Фантастес».

Главный герой романа «Лилит» сразу же после окончания Оксфорда приезжает домой, в семейное поместье. Большую часть своего свободного времени он проводит в библиотеке, где читает в основном научные труды. Вскоре ему начинает казаться, что он находится в доме не один: внезапно пропадают, а после возвращаются на место книги, он видит чей-то силуэт на лестнице и даже слышит чьи-то шаги. Пытаясь разобраться, в чем же дело, он находит на чердаке странное зеркало.

 

 

«Лилит» — как бы поздняя, переосмысленная версия «Фантастеса». Более трагическая, скажем так. В нем много крайне примечательных качеств. «Лилит» — чисто сюрреалистическая проза (это касается не только описания чудовищ, но всего романа). Роман Макдональда можно читать просто из литературного удовольствия, наслаждаясь его странными образами. Во-вторых — это прекрасная философская проза (начиная с гераклитовского пейзажа сна-яви, вопроса самотождества самости и кончая по сути всеми главными экзистенциальными проблемами). В-третьих, «Лилит» вобрала в себя множество общечеловеческих мифологем: о запертых источниках вод, о первом человеке как мировом могильщике, многие другие. Читатель увидит, как органично Макдональд «перелагает» эти мифологемы в христианском духе. «Богословских» мест (все дано аллегорично) в «Лилит» довольно много. Совершенно чудесны, например, места про молитвы святых (думается, что именно из «Лилит» Льюис почерпнул вдохновение для «расторжения брака»). В-четвертых, «Лилит» — «богословский» роман. Макдональд решает здесь такие вопросы, как грехопадение, смерть, тайным образом присутствует Искупление. Конец романа надо, по-видимому, считать иллюстрацией Апокалипсиса. И наконец, самое важное. «Лилит» — «духовный» роман. В этом смысле важны судьбы двух главных героев — Уэйна и Лилит. Уэйн проходит некоторый путь, борясь с искушениями, идя фактически к Богу, совершая множество ошибок. Лилит (персонаж апокрифа, первая жена Адама, ставшая демоном) — полностью отдалась злу. Сможет ли она совершить покаяние — главная интрига романа. «Иногда мне кажется, что я слышу рядом со мной шепот, словно кто-то, кто меня любит, пытается говорить со мной, но как только мне удается разобрать слова, шепот стихает, и все вокруг так спокойно, что я не знаю, то ли все это происходит в моем мозгу, то ли приходит откуда-то извне. Я не ищу всего этого, но оно приходит, и я позволяю приходить ему. Часто странные смутные воспоминания, которые не станут ждать, пока я в них разберусь, выглядывают из туманных окон прошлого; смотрят на меня посреди белого дня, но снов я никогда больше не видел. Несмотря на это, может быть, чем я больше просыпаюсь, тем крепче сплю! Но когда я наконец проснусь для жизни, которая, словно дитя за пазухой, несет и хранит эту жизнь, я буду знать, что я проснулся, и больше не буду в этом сомневаться. Я жду; сплю я или нет, неважно; я — жду».

Скачать аудиокнигу Макдональд Джордж - Лилит

 

Краткий текст аудио книги:

Глава 7 КЛАДБИЩЕ

Холодный воздух (будто дом был ледяным) встретил нас на пороге. Дверь захлопнулась за нами. Могильщик сказал жене что-то, что заставило ее повернуться к нам. Какая перемена произошла с ней! Будто великолепие ее глаз выросло настолько, что взгляду было не удержать его в себе. Упоенные ее спокойствием, они лучились очарованием, как глаза Беатриче над белой розой искупления. Они были живым источником бесконечного света самой жизни, вечной, бессмертной. Даже ее руки светились белым сиянием, каждый ноготок мерцал, как лунный камень. Ее красота была всепоглощающей, и я даже был рад, когда она наконец от меня отвернулась.

Но свет свечи был так слаб, что поначалу я не мог ничего увидеть там, куда мы попали. Чуть погодя, однако, свет упал на нечто мерцающее и слегка приподнятое над полом. Что это, ложе? Неужели что-то живое может спать в этом мертвенном холоде? Тогда понятно, почему оно не может себя разбудить! Неподалеку забрезжил слабый свет, и я наконец-то рассмотрел неясные контуры тех, что были вокруг нас.

Несколько шагов отделяли нас от первого – под простыней просматривались человеческие очертания. Он был спокоен и недвижим, но кто это был, мужчина или женщина, я не могу сказать: свет будто избегал попадать на его лицо, когда мы проходили мимо.

Вскоре я понял, что мы проходим мимо рядов возвышений, на каждом из которых, головой в проход, лежал кто-то спящий или мертвый, одетый белоснежным покровом. Мою онемевшую душу обуял благоговейный страх. Мы проходили нескончаемые возвышения ряд за рядом. Одновременно я мог видеть лишь несколько из них, но они были повсюду, терялись в дали, похоже, бескрайней. Здесь ли таится моя надежда на отдых? Должен ли я заснуть среди беспробудных, без надежды на то, что кто-то когда-то меня разбудит? Это она и есть – библиотека могильщика? А это – его книги? Честно говоря, не очень-то похожа эта спальня для мертвецов на «полдороги домой»!

– Мы навестили один из подвалов, – заметил мистер Рэйвен тихим голосом, словно опасаясь побеспокоить своих постояльцев. – Много вина здесь созревает! Но путнику здесь мрачновато! – добавил он.

– Луна восходит. Скоро она будет здесь, – сказала его жена, и в ее голосе, тихом и приятном, звучала древняя тоска долгих прощаний.

Пока она говорила, лунный свет заглянул в стенные проемы, и тысячи бликов отозвались ему белым мерцанием. Но я так и не смог разглядеть, где начало или конец возвышений. Ряды их тянулись вдаль, будто весь разъединенный прежде мир здесь решил сообща отойти ко сну. Вдоль уходящих вдаль узких проходов каждое ложе стояло особняком, и на каждом их них кто-то спал. Сначала мне показалось, что этот их сон – смерть, но вскоре я почувствовал в них что-то… Очень глубоко, но что именно – я не знаю.

Луна поднялась выше и проникла в другие проемы в стенах, но я никак не мог рассмотреть за один раз достаточное пространство, чтобы составить себе впечатление о его очертаниях; теперь оно было похоже не то на длинный церковный неф, не то на огромный сарай, построенный нарочно для этих могил. Луна казалась холоднее любой из лун, которые можно увидеть на земле в самую ледяную из ночей, и, когда ее свет попадал прямо на спящих, их белоснежные покрывала и мертвенно-бледные лица мерцали ледяным, голубоватым сиянием. Но, возможно, эти лица сами заставляли луну мерзнуть!

То, что я успел увидеть, навело меня на мысль о том, что все равны и похожи в этом братстве смерти, хотя так разнятся и характеры, и истории, запечатленные на лицах спящих. Я видел человека, умершего (хотя это и нельзя назвать смертью, но мне трудно назвать это по-другому) в расцвете сил, казалось, его темная борода течет свободным потоком от мертвенно застывшего лица, его высокий лоб был гладким, как полированный мрамор; тень боли застыла на губах, но только тень. На следующем ложе лежала девушка, весьма приятная на вид. Еще не вполне поглощенная абсолютным покоем, на ее лице была грусть разлуки, но в ее безмятежности была почти абсолютная покорность. Не было ни следов изнуряющей болезни, ни «убийственной тяготы сердечной муки», если вообще это была боль, она была зачарована сном и не собиралась просыпаться. Многие были прекрасны лишь оттого, что были исполнены покоя, некоторые из них были детьми, но я не видел ни одного подростка. Самой прекрасной была леди, чьи белые волосы (но только это) свидетельствовали о ее преклонном возрасте, когда ее застал сон. На ее лице было величавое выражение покоя, но не покорности, скорее великодушной уступки, и прочная, как устои вселенной, уверенность в том, что все произошло так, как и должно было произойти.