Семейный альбом. Трезориум (Аудиокнига) Акунин Борис

16 сентября 2019 | Книги автора: Акунин Борис

Семейный альбом. Трезориум (Аудиокнига) Акунин Борис
Автор: Борис Акунин
Аудиокнига: Семейный альбом. Трезориум
Серия или цикл: Семейный альбом
Издательство: СОЮЗ
Озвучивает: Александр Клюквин
Год издания аудио книги: 2019
Жанр: Современная проза
Аудио: МP3, 80 kbps
Продолжительность: 10:44:22
Язык: русский
Размер: 350 Мб

Неспешно перелистывая старый семейный альбом, мы продолжаем рассматривать снимки, хранящиеся в нем. С пожелтевших от времени фотографий на нас смотрят уже знакомые по предыдущим страницам лица и лица тех, кого мы никогда не видели прежде.
На сей раз они ведут свой молчаливый рассказ о еще одной значимой и трагической дате в истории нашей страны, в истории миллионов семей наших соотечественников – годах Великой Отечественной войны. Как отразилась война на судьбах наших старых знакомых? Расскажет ли альбом без утайки о всех испытаниях, выпавших на их долю или опять умолчит о чем-то? Давайте попробуем узнать об этом из очередной, уже четвертой аудиокниги серии «Семейный альбом» начало которой было положено аудиокнигами «Аристономия», «Другой путь» и «Счастливая Россия».

Аудиокниги серии «Семейный альбом»:
Книга 1. Аристономия
Книга 2. Другой Путь
Книга 3. Счастливая Россия
Книга 4. Трезориум


Краткий текст аудио книги:

Рэм всё думал о разговоре с пожилым капитаном.

Ночью не спалось. Вышел в тамбур — не покурить, а просто побыть одному. Все-таки здорово устал от того, что много месяцев подряд днем и ночью вокруг полно народу. В эшелоне даже хуже, чем в казарме. Все друг у друга на голове, и никуда не денешься. И ведь это еще не теплушка, а вагон для комсостава, настоящий плацкарт.

Стоял в темноте, наслаждался покоем. Стучали колеса, лязгали вагонные буфера, за черным стеклом ползли редкие огоньки — и никого. Ни голосов, ни сонного сопения, ни храпа.

Но скоро одиночество закончилось. Появился капитан из соседнего отсека. Сильно немолодой, лет сорока. Сел в Бресте, все время помалкивал, а тут заговорил. Оно и понятно. Странно находиться вдвоем в тесном железном ящике, да еще ночью, и не перемолвиться словом.

Сначала капитан расстроился.

— Вы не курите? А я вижу, вышел кто-то. Думал огонька одолжить. Зажигалка у меня чего-то…

Рэм поднес ему спичку. Осветилось мятое лицо с вытянутыми в трубочку губами, блеснули сощуренные глаза.

— А, младшой с верхней боковой. Из вузовцев? — спросил капитан, переходя на «ты». — Товарищи твои — совсем сад-ясли, а ты вроде постарше. Где учился, студент?

Слышать это было приятно, но Рэм с восьмого класса придерживался твердого правила: не изображай из себя то, чем не являешься.

— Нигде пока. Я в прошлом мае закончил десятилетку, и сразу в училище. Война закончится — поступлю. На физико-математический.

Капитан обрадовался:

— Я в техникуме математику преподавал! Основательная наука. Молодец, правильный выбор.

То-то лицо интеллигентное, подумал Рэм. И раз уж попался собеседник, с которым можно нормально поговорить, стал рассказывать, что его больше интересует физика, а именно физика космических полетов, потому что сумма технических знаний человечества уже сейчас делает навигацию в безвоздушном пространстве практически возможной и, когда после войны высвободятся научные кадры, ракеты обязательно полетят на Луну, а может быть и дальше. Главным событием двадцатого века будут не мировые войны, а прорыв человечества в космос. Как же в этом не поучаствовать?

Капитан послушал-послушал, удивленно покачал головой:

— Россия-матушка. Что с ней ни творись, а умненькие мальчики всё воспроизводятся, поколение за поколением. Лупит вас эпоха, начисто выкашивает, а вы снова прорастаете, непонятно откуда. Из литературы, что ли? Пети Ростовы, Володи Козельцовы. Вот по тебе видно, что ты книжек много читал, того же Толстого. Если ты собрался на Луну лететь, на кой тебя в училище понесло? В конце-то войны.

Про Толстого было правдой, Рэм даже удивился. Петя Ростов — ладно, «Войну и мир» в школе проходят, но «Сева стопольские рассказы» были прочитаны только что. Отец в письме посоветовал. Написал, что читал эту книгу в двадцатом году, перед фронтом. Она единственная, хоть сколько-то передающая правду войны. Там прапорщик Козельцов, добровольно отправившийся воевать, говорит: «Все-таки как-то совестно жить в Петербурге, когда умирают за отечество». Капитан, наверно, имел в виду это.

Стало немного обидно. Захотелось ответить по-взрослому. Честно. Показалось, что с этим капитаном можно.

— Я не из какого-то глупого героизма, я по расчету, — сказал Рэм и достал из пачки последнюю папиросу, чтобы подержать солидную паузу, пока раскурится. — … Подумал, исполнится восемнадцать — все равно призовут, рядовым. А после десятилетки берут на ускоренный курс военно-пехотного училища. Во-первых, выйдешь офицером, а во-вторых, это восемь месяцев учебы. Глядишь, война закончится. Прошлым летом, когда немцы всюду драпали, казалось, скоро уже.

— Умненький-то ты умненький, но рассчитал хреново. Сделал большущую ошибку. Может стоить жизни. «Скороварки» для того и заведены, чтобы быстренько сварить картоху в мундире — и на стол.

— Какие скороварки?

Скороварку Рэм видел, когда дневалил на кухне: здоровенный котел с герметичной крышкой, в нем варили крупу на всю роту.


Скачать: Семейный альбом. Трезориум (Аудиокнига) Акунин Борис

 

Исторические / Проза | Сообщить об ошибке ссылок Семейный альбом. Трезориум (Аудиокнига) Акунин Борис |