Любовные доказательства (Аудиокнига) - Николаева Олеся

6 июня 2017 | Книги автора: Николаева Олеся

Любовные доказательства (Аудиокнига) - Николаева Олеся













Аудиокнига: Любовные доказательства
Автор: Николаева Олеся
Жанр: проза
Год выпуска: 2017
Читает: Винокурова Надежда
Язык: Русский
Время звучания: 08:34:13
Формат: MP3
Издательство: Нигде не купишь
Битрейт аудио: 96 кбит/c
Размер: 353.14 Mb

В сборник рассказов О. Николаевой вошли как новые, так и уже полюбившиеся всем истории.
Только пережив драмы и трагедии, потеряв близких или встретив настоящую любовь, мы начинаем понимать, что самое главное в этом мире не деньги или карьера, успех и красота, здоровье и богатство а люди — те, кто нам близок, те, кого мы мимолетно задеваем в транспорте, и даже те, кого мы считаем своими врагами. Ведь только в глазах другого человека мы можем по-настоящему разглядеть самих себя и обрести подлинное счастье…

Скачать аудиокнигу: Николаева Олеся - Любовные доказательства

 

Никто бы, наверное, не мог назвать Сёму трусом, но маразма жизни он боялся панически — больше, чем всех ужасов Хичкока. Брезгливо, но корректно он определял его как три нерасторжимых «не»: непредсказуемость, неуправляемость и неадекватность. Слепому случаю он предпочитал тягомотную закономерность, экспромту — запланированное, обложенное хлопотами мероприятие, скоропалительной авантюре — медленное надежное дело.
Сёма считал, что это нормально. Да! Он считал себя просто нормальным человеком, аккуратным, порядочным, — из тех, которые убирают у себя в номере перед приходом горничной и подметают пол перед появлением циклевщиков.
Поначалу в жизни ему не везло: первые двадцать восемь лет он провел в стране зрелого и активного маразма, которую в конце концов и променял на страну нормальных контрастов, кое-где населенную его дальними родственниками.
В стране первой половины жизни Сёма вскормил в себе жгучую тоску по пресловутой норме. Он устал от аномалий. Устал от «пятого пункта», от безденежья, от «хрущобы», которую занимал совместно с женой-алкоголичкой и новорожденным сыном Лёвой.
Сёма сам никогда об этом не распространялся, но ходили упорные слухи, что жена изрядно поколачивала Сёму. На людях же, в гостях или при них, имела обыкновение после третьей рюмки танцевать соло, выходя для этого на середину комнаты и выражая напряженным изломом рук жестокий драматизм жизни.
Сёма делал на лице выражение «ничего особенного», подбирался к ней сзади, хватал за локти и умолял шепотом: «Пожалуйста, сядь на место». Но она вырывалась и кричала, привлекая всеобщее внимание: «Посмотрите на него! Он же — провинциал! Что, Сёмочка, вспомнился родной Харькив?» Она специально произносила «Харькив», чтобы еще больше унизить его, еще неистовее грянуть по комнате свою «Карменситу».
Когда же Сёма решился наконец со всем этим порвать, забрать сына и переместиться за океан, жена пообещала, что скорее удавит Сёму, чем отпустит с ним маленького Лёву — тем более «за кордон».
За те десять с лишним лет, которые Сёма провел «за кордоном», он понастроил немало укреплений и воздвиг множество фортификационных сооружений, обезопасив себя от вторжений разноликого и разнородного жизненного маразма, которого так страшился. Во-первых, он получил профессию, гарантирующую высокооплачиваемую работу. Во-вторых, попал в крупнейшую американскую фирму, где исправно служил страховым агентом, страхуя нормальных людей от всякого рода бессмысленных негативных событий и происшествий. В-третьих, обзавелся недвижимостью в виде квартиры на Манхэттене. В-четвертых, окружил себя нормальными приятелями, с нормальными женами и детьми, с нормальными тещами, с нормальными разговорами и развлечениями.
Честно говоря, Сёма тоже хотел бы нормальной семьи, без «экстрима». Но американок он боялся за «феминизм и деловые качества», а своих — за прагматизм, неумеренные аппетиты и просто хищничество. А что, такие истории там тоже бывали, Сёма знает случаи… Обжигаться никому не хочется…
Между прочим, Сёма никогда не забывал, что в стране зрелого и вековечного маразма у него есть сын. С любой оказией он посылал Лёвушке мелкие гостинцы и крупные подарки, писал ему большими буквами письма и с некоторых пор даже стал получать красочные вразумительные ответы. И все-таки Сёма не переставал волноваться, как он ТАМ?
Оттуда же вдруг валом повалил народ — кто в командировку, «на время», кто на вечное поселение. Те, кто «на время», говорили: «Старик, да ты ничего там не узнаешь — ни одного Картавого на площадях, на домах — ни единого лозунга, одни рекламы вокруг: Самсунг, Макдональдс… Для вас, чертей американских, — дешевка, кайф! Кругом — одна демократия: говори, что хочешь, никто и ухом не поведет».
И Сёма решился. По Лёвушке, конечно, соскучился: уезжал от него крошечного, двухлетнего, а приедет — тому уже тринадцать исполнится. Тинэйджер настоящий. Что эта алкоголичка из него сделала? Ну и помимо Лёвы — все-таки интересно.